MosDay.ru - Московский День
 MosDay.ruНовости · Гид · Афиша · Форум · Камеры · Фото · Адреса · Карта 
МОСКВА / НОВОСТИ / 2016 / 10 / 13 / В ШКОЛЕ И ДОМА: О ЧЕМ МОГЛИ БЫ ПОГОВОРИТЬ ДВА ЛУЧШИХ МАЛЬЧИКА СССР И США



 Фотографии

 Новости
 список всех
 страницы:
   1   2   3   4   5 
 картина дня
 свои
 топ - главное
 актуально
 теги
   ГИБДД
   ДТП
   Дети
   Дороги
   ЖКХ
   Закрытие метро
   История
   Камеры
   Культура
   МЦК
   Медицина
   Метро
   Мото
   Парковки
   Перекрытия
   Платная парковка
   Погода
   Пожары
   Полиция
   Преступность
   Приезжие
   Происшествия
   Транспорт
   Финансы
   Школа
   Экология
   все темы...
 Случилось в метро
 архив

 Web-камеры

 Справочник

 Афиша

 Карты

 Адреса

 Информация

 Форум




Rambler's Top100




В школе и дома: о чем могли бы поговорить два лучших мальчика СССР и США

15:15 13.10.2016 - Москва 24, Фото: Zuma/ТАСС

В 1951 году в мире появились два мальчика. Один - в Советском Союзе, второй - в Соединенных штатах Америки. Один - в московском Детгизе, второй - в нью-йоркском издательстве Little, Brown and Company. Оба стали настоящими селебрити и ролевыми моделями для ровесников - каждый в своей стране.

Пути Вити Малеева из повести Николая Носова "Витя Малеев в школе и дома" и Холдена Колфилда - главного героя романа Джерома Сэлинджера "Над пропастью во ржи" - никогда не пересекались. Максимум - им доводилось постоять рядом на книжной полке. На первый взгляд, измученный экзистенцией американский подросток ничем не похож на советского пионера, все заботы которого - перековаться из двоечника в отличника.

Но если вчитаться, окажется, что Холден и Витя нашли бы множество тем для разговоров. По крайней мере, восемь.

Для начала они могли бы поговорить об успеваемости
Витя: - Я так и не взялся как следует за учебу, и, когда через несколько дней нам выдали за первую четверть табели, я увидел, что у меня стоит двойка по арифметике. Я и раньше знал, что у меня будет в четверти двойка, но все думал, что четверть еще не скоро кончится и я успею подтянуться, но четверть так неожиданно кончилась, что я и оглянуться не успел.

Холден: - Да, забыл сказать - меня вытурили из школы. После рождества мне уже не надо было возвращаться, потому что я провалился по четырем предметам и вообще не занимался и все такое. Меня сто раз предупреждали - старайся, учись. А моих родителей среди четверти вызывали к старому Термеру, но я все равно не занимался.

Они могли бы обсудить футбол
Витя: - После обеда мы собрались на футбольном поле, разбились на две команды, чтоб играть по всем правилам, но тут в нашей команде произошел спор, кому быть вратарем. Никто не хотел стоять в воротах. Каждому хотелось бегать по всему полю и забивать голы. Все говорили, чтоб вратарем был я, но мне хотелось быть центром нападения или хотя бы полузащитником.

Холден: - На футбольных матчах всегда мало девчонок. Только старшеклассникам разрешают их приводить. Гнусная школа, ничего не скажешь. А я люблю бывать там, где вертятся девчонки, даже если они просто сидят, ни черта не делают, только почесываются, носы вытирают или хихикают.

Фото: back-in-ussr.com


Культурный досуг, на который уходят все карманные деньги, - тоже хорошая тема
Витя: - Наконец билеты были куплены, и мы все пошли в цирк, даже Шишкин пошел. Явились мы задолго до начала представления, но это ничего: лучше прийти немножко раньше, чем опоздать, потому что тебя тогда совсем не пустят. Мы уселись на свои места и принялись рассматривать арену, покрытую огромным ковром.

Холден: - После первого акта мы со всеми другими пижонами пошли курить. Ну и картина! Никогда в жизни не видел столько показного ломанья. Курят вовсю, а сами нарочно громко говорят про пьесу, чтобы все слыхали, какие они умные.

Фото: back-in-ussr.com


Можно и о серьезном. Сыновья двух держав могли бы обсудить открывающиеся перед ними возможности
Витя: - Папа говорит, что в нашей стране каждый человек всего добьется, если только захочет и станет как следует учиться, потому что уже много лет назад как раз в этот день, седьмого ноября, мы прогнали капиталистов, которые угнетали народ, и теперь у нас все принадлежит народу. Значит, мне тоже принадлежит все, потому что я тоже народ.

Холден: - Все дело в том, что трудно жить в одной комнате с человеком, если твои чемоданы настолько лучше, чем его, если у тебя по-настоящему отличные чемоданы, а у него нет. Вы, наверно, скажете, что если человек умен и у него есть чувство юмора, так ему наплевать. Оттого я и поселился с этой тупой скотиной, со Стрэдлейтером. По крайней мере у него чемоданы были не хуже моих.

Фото: vivianmaier.com


Родительские подарки - чем не повод для смолл-тока?
Витя: - Папа подарил мне волшебный фонарь с картинками, а мама подарила мне коньки, а Лика подарила мне компас, а я подарил Лике разноцветные краски для рисования. А потом мы с папой и Ликой пошли на завод, где папа работает, а оттуда пошли на демонстрацию вместе со всеми рабочими с папиного завода.

Холден: - И коньки она купила не те - мне нужны были беговые, а она купила хоккейные, - но все равно мне стало грустно. И всегда так выходит - мне дарят подарки, а меня от этого только тоска берет.

Фото: back-in-ussr.com


У обоих есть по младшей сестре - и это тоже хорошая тема для беседы
Витя: - Моя младшая сестра Лика перешла в третий класс и теперь думает, что меня можно совсем не слушаться, будто я ей вовсе не старший брат и у меня нет никакого авторитета. Сколько раз я говорил ей, чтоб она не садилась за уроки сразу, как только придет из школы. Это ведь очень вредно!

Холден: - Как было бы хорошо, если бы Фиби была со мной. Не такая она маленькая, чтобы глазеть на игрушки до обалдения, но любит смотреть на толпу и вытворять всякие глупости. Прошлым рождеством я ее взял с собой в город за покупками. Чего мы только не выделывали!

Фото: vivianmaier.com


Обоих занимала проблема вандализма. Один молча страдал от него, другой молчать не собирался
Холден: - Спустился я по другой лестнице и опять увидел на стенке похабщину. Попробовал стереть, но на этот раз слова были нацарапаны ножом или еще чем-то острым. Никак не стереть. Да и бесполезно. Будь у человека хоть миллион лет в распоряжении, все равно ему не стереть всю похабщину со всех стен на свете. Невозможное дело.

Витя: - Вообще в книжках ничего не надо рисовать - ни собак, ни кошек, ни лошадей, а то один нарисует собаку, другой кошку, третий еще что-нибудь придумает, и получится в конце концов такая чепуха, что и книжку невозможно будет читать.

Фото: vivianmaier.com


А на прощание они могли бы поговорить о будущем и о мечтах
Витя: - Сердце громко стучало в груди и рвалось на простор. Хотелось куда-то мчаться или лететь. В голове теснились какие-то чудесные мысли, от которых захватывало дух, хотелось быть добрым, хорошим; хотелось сделать что-то необыкновенное, чтобы все удивились и чтобы всем стало так хорошо, как было мне.

Холден: - В общем, я рад, что изобрели атомную бомбу. Если когда-нибудь начнется война, я усядусь прямо на эту бомбу. Добровольно сяду, честное благородное слово!

Носов и Сэлинджер тоже могли бы поговорить по душам

Навскидку - у них были бы две важные темы: тексты, за которые стыдно, и издатели, которые делают что хотят.

Иногда роман "Над пропастью во ржи" называют автобиографическим и указывают на некоторые сходства в судьбе Сэлинджера и Холдена Колфилда. Например, Холден сообщает читателю, что мечтает жить в хижине в лесу, подальше от суеты и трескотни, с красивой глухонемой девушкой, которая станет его женой и матерью их детей. В 1955 году, спустя четыре года после выхода романа, писатель воплощает мечту своего персонажа. Он переезжает в одиноко стоящий дом в городке Корниш, штат Нью-Гемипшир. Компанию ему составляет супруга - красивая (но не глухонемая) девушка Клэр Дуглас, дочь арт-критика Роберта Дугласа.

Занимал ли Сэлинджера, подобно Колфилду, вопрос зимовки уток в Центральном парке, мы узнать не можем. Из своего добровольного затворничества писатель запретил кому-либо публиковать его письма и позаботился о том, чтобы сохранить свою личность в секрете для окружающих. Он не давал интервью - исключением стала длинная беседа с корреспондентом New Yorker в 1974 году. В этом разговоре писатель сообщил, что факт публикации его ранних рассказов привел его в бешенство. По его мнению, многие из них вообще не стоило никому читать.

Николай Носов тоже довольно критически относился к своему творчеству и скептически - к издательствам. Он открыто говорил, что не считает Витю Малеева удачной повестью, и выражал недоумение по поводу присуждения книге Сталинской премии в 1952 году. "Могли дать и другому!" - кипятился писатель.

Перед выходом Вити Малеева Носова вызвал к себе главный редактор Детгиза Константин Пискунов, знавший, что книгу выдвинут на соискание премии. Он попросил писателя вставить куда-нибудь в тексте имя вождя, на что Носов справедливо заметил: "Но ведь герои книжки не отличники: как же можно трепать имя Сталина среди троечников и двоечников?". Через неделю главред придумал выход из ситуации - он предложил добавить портрет Сталина в сцену пионерского сбора. "И луч света на портрете", - засмеялся писатель и ничего добавлять в свой текст не позволил.

Маргарита Кирпикова

теги:  Школа  Рождество

ПРОСМОТРОВ: 46
  •  ВКонтакте 
  •  Facebook 









горячие темы 
Где в Москве отпраздновать личное событие?

В предверии Нового года

Что подарить брату на 30 лет?

Окна пластиковые или деревянные?

А вы пьете воду из-под крана?

Куда податься за мебелью?

Как выбрать салон красоты


 ГЛАВНАЯ · ФОТО · ГИД · КАРТА · НОВОСТИ · АФИША · АДРЕСА · ИНФО · КАМЕРЫ · ФОРУМ