MosDay.ru - Московский День
 MosDay.ru:  Новости · Фото · Камеры · Гид · Карты · Инфо · Форум 
МОСКВА / НОВОСТИ / 2018 / 01 / 21 / МОСТИК, КОТОРЫЙ ЕЩЕ НЕ СОЖЖЕН: НАУКА ОБЪЕДИНЯЕТ МИР



 Новости
 страницы:
   1   2   3   4   5 
 лента за сегодня
 топ - главное
 теги / темы
   ГИБДД
   ДТП
   День Реки
   Дети
   Дороги
   ЖКХ
   Закрытие метро
   Зарплаты
   История
   Камеры
   МЦК
   Метро
   Мотоциклы
   Моя Улица
   Новая Москва
   Парковки
   Перекрытия
   Платная парковка
   Погода
   Пожары
   Полиция
   Преступность
   Приезжие
   Происшествия
   Снос домов
   Стритрейсеры
   Транспорт
   Школа
   Экология
   Электробусы
   все темы...
 Случилось в метро
 картина дня
 анонсы
 события
 архив

 Фотографии

 Web-камеры

 Справочник

 Афиша

 Карты

 Адреса

 Информация

 Форум




Rambler's Top100




Мостик, который еще не сожжен: наука объединяет мир

02:08 21.01.2018 - YODDA

"Россия - это новый центр научной силы" - эту фразу придумали не в Кремле. Это цитата из одного из самых старых и авторитетных общенаучных изданий мира - американского журнала Nature.

Так, в период между 2012-м и 2015 годами Россия показала один из самых высоких приростов - на 60%. Больше всего исследований - в естественно-научной сфере: биология, биохимия, микробиология и т.д. Россия ушла в отрыв от ближайших соперников - Польши и Саудовской Аравии.

В еще одной сводной таблице главных 500 мировых научных институтов, сформированной по итогам 2016-2017 годов, Российская академия наук поднялась уже на 44-е место. В 2016-м было 58-е.

А как же очередное предновогоднее открытое письмо академиков против ФАНО? Знаете, какая интересная вещь? И здесь арифметика другая: подписей академиков под этим новым письмом стоит уже в два раза меньше. Значит, что-то меняется?

Сегодня, когда позади остались выборы нового руководства академии, фокус нашей научной общественности действительно смещается. Для того чтобы удержать молодых ученых от эмиграции, предлагается резко изменить объемы их сотрудничества с внешним миром. Только речь идет не о том, чтобы закрыть страну, а ровно наоборот. Как?

Недавняя подводная международная экспедиция с участием специалистов российского Федерального исследовательского центра "Фундаментальные основы биотехнологии" - большое приключение и грандиозный эксперимент одновременно. На дне Тихого океана находят, по-простому говоря, вулканчики. А в них, как ни странно, - жизнь. Хотя, по идее, какая может быть жизнь на такой глубине и при таких перепадах температур? Есть! Микробы.

"Мы всегда пишем в проектах, что это - возможные аналоги внеземной жизни", - рассказывает Елизавета Бонч-Осмоловская, доктор биологических наук, профессор, член-корреспондент РАН.

Вам смешно? Думаете, что это - отвлеченная наука о "тарелочках"?

Чтобы знать и понимать это, надо отучиться на химическом или билогическом факультетах. Но вот очевидная для всех деталь - то, что проводят эти эксперименты молодые ученые, про которых принято считать, что у них в мыслях - только бы найти работу за рубежом. Но эти остались. Только ли дело в сентиментальной привязанности к руководителю?

"Я вот никогда не хотела уезжать", - признается Елизавета Бонч-Осмоловская. Ее рецепт - вовлечение молодых в равноправное международное научное сотрудничество. Сказать легко. Как сделать?

Для начала, ответим на вопрос о том, зачем вообще вся эта фундаментальная наука? Слово - специалисту из смежной отрасли.

"Наука имеет смысл только в двух случаях. Первое, когда она зажигает огнем глаза детей. То есть когда мы что-то узнаем про окружающий нас мир. Вы никогда не создадите технологий на основе знаний о том, что происходит в недрах Юпитера. Но это же жутко интересно! И это оправданно. Такая наука нужна. Второй тип науки, которая нужна, - это когда на основе науки вы создаете новые технологии", - подчеркнул профессор Института науки и технологии Сколково Артем Оганов.

Оганов упомянул "огонь в глазах" еще только потенциальных ученых, детей. Отправимся в теперь уже знаменитый на всю Россию образовательный центр Сириус в Сочи. Созданный с легкой руки президента, он стал удивительной площадкой, где к юным дарованиям приезжают светила. Вот лектор объясняет теорию, которая по-русски называется просачивание, а на международном - перколяция. Разбирают на примере всем понятных перекрытий автомобильного движения.

Еще один наш собеседник - профессор Станислав Смирнов, лауреат Филдсовской премии. Он получил аналог Нобелевки по математике по результатам свое блестящей карьеры в Калифорнии, Стокгольме и Женеве. И почему же, как он считает, ученые уезжали?

"Одна из наших бед за эти 30 лет, при том что у нас приходят умные ребята, мы немножечко провинциализированы. То есть у нас часто бывает, что молодежь занимается чем-то, что сейчас не в основном русле развития науки. И это, конечно, обидно", - сказал Смирнов.

И для математиков решение предлагается: чтобы молодые оставались в России, надо приблизить их к остальному миру. Но как? Дабы наконец ответить на этот вопрос, заглянем еще и в юго-восточный Лондон. Здесь вот уже 20 лет живет, наверное, самый именитый за рубежом молодой российский ученый-гуманитарий (психолог) Юлия Ковас. Из ее уст - одно интересное откровение.

"Проблемы в науке везде примерно одинаковые - ресурсов мало. Во всех странах только небольшая часть бюджета тратится науку. И в этих сложных условиях, ограничениях ученым приходится работать", - отметила Ковас.

И вот совсем новый сюжет, которым и воспользовались в России те, кто понял, что дальше экспортировать ученых за рубеж нельзя. Томский государственный университет. Исследования, позволяющие приблизиться к решению проблемы, которую называют "математической тревожностью", - это когда дети, лишенные математических способностей, находятся в плену страха перед цифрами. Но что интересно: этот центр в Томске возглавляет та самая Юлия Ковас из Англии, которая недавно получила мегагрант от властей родной страны.

"В мире наблюдается очень хорошая тенденция - open space - "открытая наука", - сказала Ковас.

Семинар на английском, но также в России, в Сколково. Здесь видим первые результаты того, как Россия становится не экспортером талантов, а, напротив, привлекает в страну вчерашних эмигрантов и их коллег-иностранцев. Познакомимся поближе с его модератором, с которым пока поговорили лишь кратко. Он - оказывается - большой любитель чая.

"Я - чуть-чуть китаец в душе. Из 11 моих учеников, кто стали профессорами, десять - китайцы", - говорит Артем Оганов.

Ловко разливая и расхваливая китайский чай, через секунду он размышляет уже как истый ученый: "Кстати, химия чая очень сложная. Я как-то читал статью про это. Есть сорта чая, где много тысяч химических соединений, в которых химики до сих пор не разобрались".

После отъезда из Москвы, он защитил кандидатскую диссертацию Ph.D. в Англии, докторскую - в Швейцарии, потом долго работал в Америке. Но теперь вернулся.

"Для себя я за долгие годы жизни в разных странах выработал такой простой принцип. Я его называю "принцип плоской земли". В том смысле, что нет стран, которые возвышаются над другими, нет стран, которые хуже других. Все страны, если сложить все плюсы и минусы, одинаковые. Америка, Мадагаскар, Россия, Лихтенштейн, Испания, Филиппины - все что хотите. На самом деле все примерно одинаково. Но из этих 200 с лишним стран есть одна, которая моя", - признается Оганов.

И Артем Аганов, и предыдущие наши собеседники получили от россиийской власти мегагранты, позволяющие вернуть России место равного соучастника международной научной кооперации. Так как это работает? Например, почему наши успешные в мире ученые так настаивают на том, что надо входить в это, на взгляд многих привыкших к старым порядкам ученых, странное сообщество тех, кто пробивается, прежде всего, в международные журналы? Своих что ли мало?

- Вы для своего научного интереса это делаете? Ради чего мы туда входим? - спрашиваю у Елизаветы Бонч-Осмоловской.

- Вы имеете в виду в масштабах государства?

- Да.

- Я думаю, что внутри одной страны очень трудно какую-то полноценную экспертизу осуществить. Все повязаны какими-то отношениями. И поэтому, если ты в таком журнале напечатался, значит, ты действительно что-то стоящее сделал. Я так это понимаю, только так и можно. И государство передоверило эту функцию экспертизы мировому научному сообществу. Мне кажется это правильное дело.

"Часто мне задают вопрос, являемся ли мировыми лидерами, конкретно коллективы и в России, и в Великобритании? Я думаю, что это не совсем правильная постановка вопроса. Не думаю, что какой-то отдельный научный коллектив должен стремиться к научному лидерству в мире. Он должен стремиться к тому, чтобы объединять усилия с передовыми командами, чтобы быстрее и лучше отвечать на вопросы", - уверена Юлия Ковас.

Но есть и другой аспект. Как ни странно, именно международное сотрудничество и помогает удерживать позиции своей науки. Именно об этом и толкуют те, кто плотно поработал с иностранцами и вообще за рубежом.

"Если, например, Соединенные Штаты Америки решат самоизолироваться и отдельно свою науку развивать, они сразу отстанут", - сказал Станислав Смирнов.

"При прочих равных надо выбирать жить у себя дома", - считает Артем Оганов.

- Хотя какая разница, где жить. Ты же работаешь над общим международным проектом. Или нет?

- Нет, я думаю, в этом смысле различие есть. Потому что, когда вы работаете в своей стране, можно сказать, на свою страну, то, во-первых, вы тренируете учеников, которые потом будут работать в этой стране. Во-вторых, приоритет научных публикаций в открытиях. Он будет за Россией, а так он будет за какой-то другой страной. Технологии, интеллектуальная собственность - это будет российским, - почеркнул Оганов.

- Многие, услышав вышесказанное, могут сказать, что все наработки российские уйдут за рубеж.

- Нет, фундаментальные исследования - наоборот. Если они опубликованы в международном журнале, ты застолбил эту нишу - тебя, твой приоритет уже должны уважать. Публикация в общедоступном журнале и есть защита приоритета. Это не касается каких-то коммерческих вещей. Они, конечно, должны совершенно иным образом защищаться, - пояснила Елизавета Бонч-Осмоловская.

- Или оборонных.

- Да. Все, что является государственной или коммерческой тайной, сюда абсолютно не подходит. Но фундаментальная наука, наоборот, должна быть открыта на самом высоком уровне.

Елизавета Бонч-Осмоловская предлагает пересмотреть кадры подводной съемки, зная о том, какими прикладными темами обернулись эти исследования о тарелочках. Например, тема микробов-ферментов, способных делать полезное дело в агрессивной среде стиральных машин. Или такие микробы, которые, питаясь камнями, производят метан, то есть горючее.

Наука об атомном строении вещества. А зная это строение, можно предсказывать его свойства. Своим чадом Артем Аганов называет открытую им структуру вроде такого исследованного-переисследованного элемента, как бор. "Это одно из самых твердых веществ, известных человечеству, - говорит Оганов. - У нас, например, есть проект, нацеленный на создание новых материалов для буровых технологий".

- До сих пор там, по-моему, искусственные алмазы применялись?

- Да. Но удастся заменить твердый сплав, потому что эти искусственные алмазы вживляются в твердосплавную коронку. Сейчас эти коронки, эти базы что бурового элемента делаются на основе победита. Это композитная основа карбида вольфрама, - пояснил Оганов.

- Все рано или поздно дрелью пытались пробить бетонную стенку в новостройках. Победит - это народное название?

- Абсолютно. Знаете откуда оно взялось? Из победита делались наконечники для снарядов, которыми во время битвы за Москву громили фашистские танки. Сплав победы. Кстати, ирония состоит в том, что победит впервые коммерциализировали немцы лет за десять до того. То есть наши не изобрели этот сплав, но адаптировали немцы.

- Немецким знанием победили немцев.

- К слову, об интернационализации науки, о том, как важно знать, что происходит в науке других стран.

- Что есть у нас? Да все остальное есть у нас. Возможность говорить на своем языке. Люди, с которыми ты вместе вырос и которые разделяют твои интересы и убеждения. А сама по себе наука, конечно, абсолютно интернациональна, - подчеркнула Елизавета Бонч-Осмоловская.

Молодые математики в Сириусе - велик шанс - могут в 2022 году стать уже принимающей стороной Международного математического конгресса. Как нам рассказал их лектор-лауреат Станислав Смирнов, есть план непременно зазвать такой конгресс в Россию, в Санкт-Петербург.

Между тем среди иностранцев-участников работ в Сколково есть, как минимум, один, кто уже готовится подавать на российское гражданство.

"Даст Бог, его семья здесь задержится, - говорит Артем Оганов. - Так в свое время у моих предков случилось. У меня же корни не русские. Отец - армянин, мама - еврейка. Может быть, и он станет россиянином".

Но есть и то, что, конечно, нам еще дотягивать и дотягивать до международных стандартов. Микробиологи никак не могут добиться от властей гибкого режима переправки своих микробов в международные банки данных.

"Микробы перевозятся просто: если кто-то едет за границу, в кармане везет в надежде, что таможня не обнаружит. Я об этом так открыто говорю, потому что это - единственное, что мы можем сделать. Остальные все пути для нас закрыты. Причем в советские годы наш институт имел право, минуя таможню, посылать посылки. У меня был собственный такой аппарат для запечатывания пломбы. Деревянный ящичек запечатывался пломбой, и посылка эта уходила. В Советском Союзе почему-то не боялись. Может быть, академии наук можно было бы дать такое право, просто передать им эту ответственность", - считает Елизавета Бонч-Осмоловская.

А математики подсчитывают цифры. "Если я на Западе работаю, решу через неделю съездить на конференцию, то никакой проблемы - задним числом мне вернут деньги, а в России надо заранее командировку оформлять", - говорит Станислав Смирнов.

Все то, о чем мы сегодня говорили, это и научная дипломатия. "Например, после Первой мировой войны у Франции и Германии были очень плохие отношения: немецких математиков не пускали на научные конференции. И, возможно, это - одна из причин, что многие из них стали, так сказать, такими национал-социалистами, идеологическими людьми, потому что чувствовали себя отвергнутыми в мировом сообществе", - отметил Станислав Смирнов.

"Еще в советские годы, когда отношение к нашей стране было весьма негативное, между учеными связи существовали, и люди явно поначалу были очень настороженны, но когда видели, что человек говорит с ними на одном языке - научном - расслаблялись, и менялось отношение в целом к стране", - вспоминает Елизавета Бонч-Осмоловская.

"Вы сами видите, что происходит в мире: идет дикая конфронтация. В таком разделенном, полярном мире, где все против всех, наука остается тем самым мостиком, который пока что еще не сожжен", - уверен Артем Оганов.

теги:  Новый год  Сколково

ПРОСМОТРОВ: 68
  •  ВКонтакте 
  •  Facebook 









горячие темы 
Новость дня

Сленговые обозначения мест в Москве. Поделитесь!

Лазерная коррекция зрения

Как выбрать салон красоты

Помогите выбрать летний лагерь в Подмосковье

Милиции можно кататься в подземном переходе на личном джипе

Расскажите о подработке в такси


 ГЛАВНАЯ · ФОТО · ГИД · КАРТА · НОВОСТИ · АФИША · АДРЕСА · ИНФО · КАМЕРЫ · ФОРУМ