MosDay.ru - Московский День
 MosDay.ru:  Новости · Фото · Камеры · Гид · Карты · Инфо · Форум 
МОСКВА / НОВОСТИ / 2017 / 08 / 23 / СОН ЗЕЛЕНОЙ ГУСЕНИЦЫ



 Новости
 страницы:
   1   2   3   4   5 
 лента за сегодня
 топ - главное
 теги / темы
   ГИБДД
   ДТП
   День Реки
   Дети
   Дороги
   ЖКХ
   Закрытие метро
   Зарплаты
   История
   Камеры
   МЦК
   Метро
   Мотоциклы
   Моя Улица
   Новая Москва
   Парковки
   Перекрытия
   Платная парковка
   Погода
   Пожары
   Полиция
   Преступность
   Приезжие
   Происшествия
   Снос домов
   Стритрейсеры
   Транспорт
   Школа
   Экология
   Электробусы
   все темы...
 Случилось в метро
 картина дня
 анонсы
 события
 архив

 Фотографии

 Web-камеры

 Справочник

 Афиша

 Карты

 Адреса

 Информация

 Форум




Rambler's Top100




Сон зеленой гусеницы

13:47 23.08.2017 - Вечерняя Москва, Екатерина Рощина

Хотя формально Максим просто сосед по чертановской девятиэтажке. Девятиэтажка стандартная, обыкновенная. Такими же обыкновенными были и детство, и школа. Учились в параллельных классах, собирали макулатуру, выстраивались в шеренгу на первое сентября. Стояли самые последние по росту. Я - среди девочек, он - среди мальчиков. Это невольно роднило.

Два шпинделя. Он был ярко выраженным физиком. Я - лириком. Я рисовала стенгазеты, Максим побеждал на городских олимпиадах.

Его мама, Наталья Андреевна, считала, что мы - идеальная пара. Но мы всегда просто дружили. Потом - не дружили, но потерять друг друга из вида все равно не получилось, да и как потерять, когда постоянно встречаешься в одном и том же дворе. С Натальей Андреевной я, кстати, встречалась даже чаще: как любая активная женщина пенсионного возраста, она не уходила от подъезда, сплетничая с товарками. Благодаря Наталье Андреевне я знала, что с годами Максимка стал неразговорчивым и угрюмым, работал эпизодически, зависал ночами в компьютере и подрастерял свой веселый нрав, радужные надежды на будущее и даже темные кудрявые волосы. Когда-то изза этих волос мы дразнили его Анжелой Дэвис, а он отращивал гриву до плеч - хотел стать, наверное, рокзвездой. Но играть на гитаре так и не научился. Впрочем, сейчас это совершенно неважно. Все мы к сорока с небольшим стали не тем, кем хотели. Изредка встречая бывших одноклассников, я с удивлением замечаю, что девочки устроились по жизни лучше, стабильнее. Состоялись в материнстве, а большинство еще и в профессии. А вот мальчишки... Не знаю, почему так выпало мальчишкам нашего поколения, рожденным в семидесятых, остаться вечными пацанами, ждущими, когда пропоет горн, чтобы бежать на утреннюю линейку. Они, наши одноши, не вписались, не перестроились.

Не все, конечно. Но многие.

Вот и Максим Ковалев.

Этот, по крайней мере, не выпивает. Но так и не женился, обрюзг как-то, вижу его редко. В основном активная по-прежнему Наталья Андреевна - с совершенно снежно-седой головой и в очочках - выводит иногда его вечером погулять. Издали они похожи на прогуливающихся Крупскую с Ильичом. Идут рядом: старый сын и молодая мама. Потому что Наталья Андреевна все суетится, восхищается то ирисом, расцветшим на дворовой клумбе, то какой-нибудь собачкой-моськой. Бодрит себя и Максима. Его надо бодрить: он бледный, лысоватый, одет в растянутый на коленках спортивный костюм. Я стараюсь проскользнуть незаметно. Говорить не о чем, а просто поздороваться и шмыгнуть мимо - невежливо. У меня очень много дел, на самом деле. Не до адаптации иных физиков и их не в меру активных мамаш.

А тут - столкнулись нос к носу. Я возвращалась с дачи, везла деревенские натурпродукты. Яйца с желтками ярко-оранжевыми.

Зелень-шмелень. Обязательно - мяту: обожаю чай с мятой. В этом году, может, потому что дождями поливало щедро, вырос превосходный салат. В тщетной надежде похудеть на пару кило везла и салат. Чтобы довезти его в первозданном виде, нужно острым ножом срезать его под корень, целый кочешок, и положить в целлофановый пакетик.

Вот таких пакетиков я везла штук, наверное, пять. Себе.

Взрослой дочке. Коллеге с работы, строгой Ирине.

Подружке Олечке. Ну и про запас. А тут как раз навстречу Наталья со своим недотепой. Да, как-то так произошло, что мысленно я стала называть Максика недотепой. Незаметно для самой себя... Обидно и жалко, даже мне, посторонней, что так бездарно просадил он свой недюжинный талант.

Кто я такая, чтобы судить его? Я не сужу. Просто ужасно жалко. И Наталью Андреевну жалко. Выводит вот сыночка гулять, как какую-то болонку. Только и есть они друг у друга. Пока... Поздоровалась с ними, хотела мышью прошмыгнуть в подъезд, но не тут-то было, Наталья перегородила мне дорогу крепенькой ножкой в шлепке. Максим, как пленный, топтался в стороне.

- Откуда такая красивая? Пришлось рассказать про дачу, про погоду, природу, про здоровье мамы. Всетаки хорошая она, Наталья. И Максим хороший.

Плешку прикрыл отросшим боковым локоном. А ветер подул - и поднялся локон, как антенна, улавливающая сигналы из космоса... Вспомнила про салатные листья. Один из пакетиков достала, отдала Наталье Андреевне - пусть подкормятся живым, грядочным, без химии. Она для проформы поотказывалась, потом взяла.

Прошла неделя, а может, чуть больше. Я вышла на работу и наткнулась на Максима. Он курил на лестнице и явно поджидал меня.

- Что-то с мамой случилось? - испугалась я.

- Не... пойдем, покажу тебе, кого ты мне привезла.

Зеленую красотку.

Я уже и думать забыла о том салате. Столько всего за неделю произошло.

А тут - Максим и какая-то неведомая красотка. Зеленая.

Поднялась к ним на шестой этаж. На стене у них висел...

ковер! С ума сойти. Мне казалось, от этого артефакта уже избавились везде, осмеяли и предали анафеме. Но у Максима в комнате - самый что ни на есть бордовый ковер в огурец.

Обалдеть. И фикус на подоконнике. Максим подвел меня к окошку.

- Видишь? - как-то торжествующе спросил он.

На земле в цветочном горшке лежал листочек салата.

И его с аппетитом пожирала хорошенькая зеленая гусеничка. Я не прирожденный энтомолог, но насекомые в основном кажутся мне симпатичными. Не тараканы, конечно. Но эта изумрудно-зеленая гусеничка, оказалось, имела большие глаза и маленькие желтые пятнышки по бокам. Она ела совсем по-человечески, аккуратно, но смело откусывая от листа. Так ест мой друг Николай на бизнес-ланче, быстро и решительно.

Я не могу оторваться от этого зрелища... В его трапезе столько жизни... Потрясающе.

- Ее ты привезла в том салате, - пояснил Максим. - Совка.

- Что - совка? - не поняла я.

- Ну, гусеница совки. Бабочки такие есть - совки.

Я погуглил.

-Ты чего, Масон, домашнее животное решил завести? Лучше б собаку. Хотя бы гулял с ней. Или, еще лучше, женись и заведи маленького Максика. Или даже несколько.

Максим сморщился как от зубной боли.

- Ты говоришь, как моя мамаша... Если ты не прекратишь, я задушу тебя этой вот подушкой и ночью вывезу в Битцевский лесопарк. Умолкни, не выноси мне мозг. Лучше посмотри, какая она милая. Она ест.

Я теперь покупаю ей салат.

Она скоро должна окуклиться, я все про нее прочитал.

- Выброси ее за окно. Пусть окукливается там.

- Падение гусеницы с высоты даже одного метра может быть смертельно, - Максим посмотрел на меня осуждающе. Будто это и не он только что обещал придушить меня подушкой.

- Если что, у меня есть подруга Танька, рыжая, работает бухгалтером. У нее, правда, сын-подросток, но зато и отдельная квартира на ВДНХ.

- До свидания, - отчеканил Максим. Он сел на табуретку и повернулся, как та избушка, ко мне задом, к лесу, то есть к гусенице, передом.

- Ну и пожалуйста, - уходя, я специально хлопнула дверью погромче.

В следующий раз я встретила Максима ближе к концу лета. Уже падали листья, зацвели астры и георгины, и даже золотые шары - неизменный признак провинциальных дворов как-то проник в наш маленький чертановский садик.

Возле подъезда стояла Н аталья Андреевна, болтала с девчонками. Так они друг друга называют, подъездные бабульки. Девчонки... - Ты подожди, подожди, - увидела меня Наталья и отвела в сторону. - Слушай, ты бы к моему зашла... Я его бабочку... того... полотенцем прихлопнула. Дура старая. Дууууурааааа. Откуда я знала - совка какая-то... Серая, страшная, как на лампочку полетела, я ее полотенцем вжик! И виноватая теперь оказалась. Не разговаривает со мной. Все-таки он у меня тронутый оказался, Максимушка, а я когдато мечтала что Нобелевскую премию по физике получит.

Ну да что там... Наталья Андреевна открыла дверь своим ключом. Я тихо разулась, зашла в комнату Максима. Он сидел напротив окна, опершись локтями о подоконник, и даже не обернулся. Но как-то понял, что это я пришла.

- Ты знаешь, мне тогда казалось, что жизнь будет долгой-долгой и счастливойсчастливой. Ну, нам же все это обещали. Светлое будущее. А потом будто обокрали. Я попыталась ему возразить - кто его обокрал, он мог всего добиться, Мишка Эйзензон ведь добился, были все возможности, не было только воли и желания.

И, может, везения.

Но Максим повернулся ко мне, и я увидела, что он плачет. Это было так неожиданно, так страшно и так фатально.

- Я думаю: у нее была короткая жизнь, но она прожила ее как голливудская звезда. Голливудская звезда в эмиграции. Понимаешь? В своей жизни я сделал счастливой только эту маленькую зеленую гусеницу.

Кстати, ее звали Мэрилин.

Она переехала из деревни в столицу, - он громко высморкался. И я ее кормил свежим салатом. Я ходил на рынок за салатом, потому что отдельные виды гусениц едят только конкретную траву. Я все о ней узнал, все ее повадки и привычки, и у нее была всегда плошечка с чистой водой. Личный бассейн... Я снимал ее на камеру. Хочешь покажу? Я не хотела, надо было просто повернуться и уйти, но я словно приросла к полу.

- А потом она легла в свежий салатный лист и стала окукливаться. Она спала в своем белом коконе, как спящая красавица. Нет, я все же покажу тебе видео... Это потрясающе... Я уже выходила из квартиры, быстро попрощавшись с Натальей Андреевной, которая испуганно выглядывала из кухни, поблескивая очками. Дурдом на выезде.

Слезы и злость душили меня. Я вспомнила некстати, как Максим отказался идти на похороны нашей классной руководительницы Марины Евгеньевны. Сказался очень занятым. А из-за гусеницы такие страдания.

- Подожди! Подожди! - он догнал меня возле лифта. - Ты же филолог, ты должна оценить... Я написал о ней хайку.

Зеленая гусеница в зеленом салате, Под сенью цветка, О чем твои сны.

Я ничего не ответила, шагнула в подошедший лифт.

Поэт хренов. Мацуо Басе.

Дома я легла в наполненную горячей водой ванну.

Ничего не расслабляет лучше воды с пеной. Злость моя улетучилась, осталась лишь легкая грусть. Ночью мне снились бабочки - гигантские, серые, будто поросшие мехом. У них были большие печальные глаза в обрамлении густых ресниц, они бились в мое окно, хотели влететь в квартиру. А потом построились косяком, наподобие осенних перелетных птиц, и полетели куда-то за чертановский лес. Я знала, что одну из них зовут Мэрилин и из этих бабочек у нее - самое счастливое прошлое: с едой вволю, бассейном, наполненным чистой водой и фотосъемками. Ей даже посвящен пусть непрофессиональный, но искренний стих-хайку. Не каждая из моих сверстниц может похвастаться такой судьбой.

Подписывайтесь на канал Вечерней Москвы в Telegram!

/ среда, 23 августа 2017 года /

темы:  ВДНХ

ПРОСМОТРОВ: 74
  •  ВКонтакте 
  •  Facebook 










горячие темы 
Стоит ли переезжать из Москвы в Подмосковье?

Новость дня

Москва 872 - День Города - 7 и 8 сентября 2019 года!

Иммиграция

История: МарьинаРоща метро

Сленговые обозначения мест в Москве. Поделитесь!

Лазерная коррекция зрения


 ГЛАВНАЯ · ФОТО · ГИД · КАРТА · НОВОСТИ · АФИША · АДРЕСА · ИНФО · КАМЕРЫ · ФОРУМ